Парус на горизонте.

Ксенологический очерк.

1

С тех пор, как боги и демоны возжелали создать мир таким, какой он есть, с незапамятных времен небольшой народец живет в своей стране в гармонии с природой и самим собой спокойной и размеренной жизнью. Взращивание и сбор даров природы, постройка нехитрых жилищ и выделка несложных орудий, рождение и воспитание детей, поклонение наивным богам и заполнение досуга традиционным искусством прерываются лишь сражениями и торговлей с соседями, стихийными бедствиями да сменами вождей. Таков весь мир, ограниченный лишь этим народцем и страной, в которой он живет, да несколькими племенами по соседству, над которыми — и несомненно для которых — изо дня в день, из года в год и из века в века совершают свой путь по небу Солнце и Луна, определяя течение всех событий... Так было всегда, есть всегда, и вероятно, будет всегда... По крайней мере, старейшины и колдуны, даже самые мудрые и авторитетные, не знают и никогда не слышали ни о чём другом. Самые смелые охотники и рыбаки, уходившие и уплывавшие дальше всех от родных мест, никогда не видели ничего другого... Да и что может быть другое?.. Разве что, тот мир, в который отправляются мертвые, и куда не следует совать нос живым, да боги, которые правят всем.

Но однажды... на горизонте появляется загадочная точка.

2

Эта точка растет и через несколько часов к берегу пристает диковинный корабль — громадная лодка с белоснежными парусами, населенная странными людьми с могучими чудесными инструментами, достойными богов...

Но богами эти люди кажутся лишь здесь... У себя на родине они слыли изменниками и смутьянами, прогоревшими авантюристами и охотниками за легкой наживой, обедневшими бездельниками и проходимцами, беглыми каторжниками и пиратами. Один из них — самый дерзкий, самый предприимчивый, самый харизматичный, — сколотив или выклянчив из казны средства, организовал эту экспедицию, направленную в неизвестность, но с известными и неизменными целями — найти и разбогатеть.

Если у туземцев нет ничего примечательного, гости убираются дальше. Если есть — выменивают это на всякую эффектную чепуху, превратившуюся здесь в заморскую драгоценность. Первые пришельцы, как правило, тихие, пользуются гостеприимством удивленных и озадаченных жителей, ведут себя скромно, на рожон не лезут, силы не показывают... Им сейчас не до этого — они еще не знают, что у них впереди, куда идти и повезет ли оттуда вернуться. У них кончается еда и питьё, обветшал корабль и нужны стройматериалы, а у местных всё это есть, да к тому же они знают окрестности и могут указать дорогу, насулив с три короба много всякого хорошего. Возвращение же домой с пустыми руками может означать для некоторых тюрьму или виселицу...

Побыв немного, гости вскоре отправляются дальше, а течение потревоженной местной жизни входит в свое русло. Те, кто видели, удивляются и недоумевают, те, кто жили подальше и ничего не видели — не верят им или не придают случившемуся значения... Всё идет своим чередом, как было всегда и как рассказывают старейшины и мудрецы...

Впрочем, кое–что в мире изменилось... В руках туземцев от пришельцев остались диковинные предметы, которые вскоре перекочевали в жилища вождей и жрецов; осталась и память о странном посещении; а у тех, кто держал в руках эти чудо–инструменты, осталась в душе мечта заполучить когда–нибудь такого очень много, чтобы в одночасье стать самым–самым, хотя бы среди своих... А в мире появилось что–то новое — то, чего раньше не знал никто...

Но благополучие восстановившейся жизни теперь обреченное — былое вернулось лишь ненадолго и ему надлежит уйти в прошлое навсегда...

3

Визиты учащаются. Вот однажды появляется еще одна эскадра со странными гостями. Торжественно промаршировав к видному месту, они водружают на нём забавную штуковину, провозглашают землю владением какого–то страшно великого короля, а ее жителей просят в своем манускрипте нарисовать древние родовые знаки, после чего все удаляются... Поначалу всё это выглядит довольно забавным, особенно если учесть что «великий монарх» столь далек от только что перешедших к нему «подданных» во всех смыслах, что даже не знает, где на карте расположена их страна... Но то ли еще будет...

Рано или поздно на горизонте появляются новые корабли. Удивленные жители снова наивно высыпают на берег в ожидании чудесных подарков, но не тут–то было... Новые гости пришли не за этим. Они не первопроходцы и твердо знают, куда держат путь, что им нужно, и что они получат это. А нужно им всегда одно и тоже: золото, самоцветы, пряности, рабы, древесина, шкуры, ткани, канаты, каучук, дичь, удобрения — словом, первичные природные ресурсы, которые легко добыть и которые валяются на поверхности. У них нет пути назад — дома они преступники, бунтовщики и нищие. Но у них впереди есть шанс стать богатыми и знатными, и они знают, что шансом этим воспользуются.

Гости высаживаются на берег и бесцеремонно забирают то, что им нужно. Местные воины в шоке — они не в силах противостоять бесконечно превосходящей мощи самозванцев со стальными стрелами и мечущими молнии палками. Расчистив берег пушками, вооруженные до зубов пришельцы захватывают ближайшие поселения, а их жителям остается лишь бежать врассыпную. Прибрав всё ценное, посетители отмечают легкую победу громкой попойкой на борту своих кораблей, сопровождаемой пальбой в воздух, и вскоре убираются восвояси, оставив трупы на берегу и пепелища на месте домов. Ошарашенные туземцы испуганно выползают из укрытий, глядя вслед удаляющимся парусам... Они деморализованы — авторитет местных вождей подорван, боги и воины оказались беспомощны, имущество уничтожено. Былая жизнь кончилась в одночасье...

Соседи по–прежнему не верят им и не придают этой истории никакого значения, надеясь, что беда обойдет их стороной, но беда никогда никого не обходит и рано или поздно аналогичные гости придут и к ним...

Набеги повторяются, но умудренные горьким опытом жители прячутся, завидев на горизонте парус, забирают с собой всё ценное или вообще переселяются подальше от берега. Пираты вскоре оставляют опустевшие земли, перенося свои набеги на новые. Так продолжается еще некоторое время, пока не наступает новая эпоха...

4

Однажды в стране появляется удивительный человечек... Он не грабит и не убивает. Он совсем не похож на тех злодеев, которые приплывают на кораблях.

Он приносит с собой странные предметы и странные знания, которые охотно раздаривает жителям. Он ловок, храбр и смекалист. Он рассказывает удивительные, а иногда и полезные вещи. Он говорит, что не в ладах со своим далеким племенем и потому ушел из него искать и строить новый мир, спасение и счастье. Но самое чудное заключается в том, что он утверждает будто испокон веков жители этой земли знали и чтили не тех богов и следовали не тем заповедям. Причем рассказывает красноречиво и убедительно, сопровождая всё это еще и практическими делами, обучая новым полезным вещам и помогая больным. Он предлагает другого бога, другую веру и другую мораль...

А что скажет вождь? Вождь хмурится, смотрит на пришельца с недоверием, но потом... вдруг соглашается с ним, совершает странный, но нехитрый и совсем не утомительный обряд и объявляет подданным о своем посвящении в новую веру... Что тут можно возразить? В конце концов, новый человек не так уж плох, да и вещи, о которых он рассказывает не так уж плохи... Правда, говорят, в соседнем племени одного такого типа зажарили, и было довольно вкусно, но не лучше ли всё-таки послушать, что же он говорит?..

Удивительный человек вскоре обосновывается в стране и к этому привыкают. Теперь он уже часть этого мира, как и вера, которую он привез с собой. А старые боги... — бог с ними, тем более, что от бедственных налетов разбойников они не спасали...

5

К берегу причаливают новые гости, которые возводят в стороне от деревни свое диковинное военное укрепление. Больше набеги пиратов не страшны — пусть только сунутся. В крепости стоят огромные трубы, которые мечут камни, а солдаты держат в руках такие палки, стреляющие огнем, какие были у разбойников.

В стране основана колония. Поначалу это всего лишь небольшой форт, в котором отбывают службу солдаты и офицеры, загнанные злой невезухой в эдакую глухомань. Коротая время, они пьют чудесную воду, от которой хорошо, и частенько наслаждаются местными женщинами, не прочь чем–нибудь торгануть, если есть, да и своровать не дураки...

Если в стране найдется что–то ценное, в колонию начинают стекаться переселенцы. Но если даже и не найдется — земля тоже вещь ценная, и даже если она совсем никудышная, на нее можно ссылать преступников или хотя бы устроить стратегическое укрепление. В общем, так или иначе, рано или поздно, а применение пришельцы новой стране найдут...

Радости от этого местным мало: спорить с гостями не рекомендуется — железная палка бьет сильно и наповал. Посему уже не совсем и понятно, кто тут в гостях...

Правда у самих пришельцев жизнь тоже не сахар. Они частенько мрут от непривычных болезней и условий, да и между собой, бывает, повоюют. Придет иной раз, новая флотилия, да и вышибет из форта прежних хозяев с треском...

6

Разовое ограбление страны пиратами сменяется ее планомерной эксплуатацией. Колония растет, а аборигены всё больше становятся назойливой помехой... Можно, конечно, их уничтожить, но это оправдано не всегда. Во–первых, туземцы отлично знают местные условия, мастерски прячутся и подкрадываются, а сражаются вообще как черти. Во–вторых, чужеземцев не так уж много, силы их не так уж велики, да и других проблем у них хватает...

Чем заниматься истреблением прежних хозяев земли, лучше поручить это дело им самим. Да и что справится с этой задачей лучше, чем их собственная глупость, наивность, примитивность, варварские замашки и универсальная человеческая мечта о превосходстве над остальными? Явно и неявно, целенаправленно и случайно, осознанно и подспудно, начинается длительная война между пришельцами и местным населением, неизбежно заканчивающаяся поражением последнего.

Чтобы туземцы успешно очищали местность от самих себя их надо стравить. Сделать это нетрудно, ибо вожди разных племен с давних пор питали друг к другу неизменную антипатию, равно как и тайное желание первыми приобщиться к могучим новинкам чужеземцев. Надо только поделить их на плохих и любимчиков, чередовать периодически роли, и тогда борьба за право быть под крылышком у «посланников богов», станет не на жизнь, а на смерть, а чтобы она была усерднее, им нужно выдавать периодически кое–что из своего арсенала и подкармливать обещаниями и подарками.

Объединись, местные жители давно бы изничтожили небольшой гарнизончик форта, и отпраздновали изгнание непрошеных поселенцев на его обломках, но этого никогда не произойдет, ибо алчность и самоуверенность их неодолима, внутренние склоки велики, а перспектива угодить могущественным владельцам сверхтехнологий, чтобы одолеть старых соперников, а со временем, быть может, разделаться и с пришельцами, застилает разум.

Стравливая племена друг с другом, расчетливые пришельцы не только решают проблему расчистки местности, но заодно и перекладывают на их плечи собственные распри, превращая тех в послушных и наивных марионеток. И вот уже, вооруженные чужим оружием, отправляются в далекий путь восторженные и яростные орды, намеренные воевать друг против друга и погибать за далекие и непонятные интересы заморских гостей. Постепенно их становится всё меньше и меньше...

Цивилизованные пришельцы стараются не пачкаться жестокостями — с этим прекрасно справляются местные жители, для которых издревле съесть печень врага или нанизать его голову на ритуальный колышек было в порядке вещей. Пришельцы несут культуру и просвещение — местные дикари сами себя наказывают...

Что не сделают ружья, доделывает огненная вода и завезенные болезни, хаос и всеобщее запустение... Вскоре на побережье и вблизи колоний местное население исчезает.

7

Потерпевшие поражение остатки аборигенов разделяются на два лагеря. Первые — гордые — уходят на другие земли, в глубь материка. Вторые — отчаявшиеся — подаются к пришельцам на роль сограждан второго сорта.

Но другие земли уже заняты — там испокон веков жили свои племена и конфликт с ними неизбежен. Постепенно, остатки гордых беженцев, притесняемые с одной стороны колонией иноземцев, а с другой стороны коренными жителями земли, в которую они переселились, начисто исчезают.

Тем временем, по мере расширения колонии, иностранцы захватывают всё новые и новые территории. И вскоре аналогичная участь постигает и тех, кто недавно отразил нашествие изгнанных соседей. Всё развивается по одному и тому же сценарию. Вскоре и они начинают мигрировать в глубь — на всё более необжитые и негостеприимные земли, где тоже вступают в конфликт с местными обитателями.

Так постепенно формируется цепь переселений из более пригодных для жизни территорий во всё менее пригодные, в процессе которых, население изначально плодородных и богатых регионов полностью истребляется, а население негостеприимных загоняется в наиболее суровые и пустынные земли, которые не представляют для чужеземных колонизаторов вообще никакого интереса. Там они и продолжают уныло коротать свой обреченный век в полной нищете и убожестве, медленно вымирая.

Те же, кто предпочел подчиниться иноземцам, добровольно перешли на роль пожизненных рабов и слуг. Они живут в нищете и унижении вокруг роскошных дворцов своих хозяев из–за океана, построенных их же руками. Правда, нищета эта их не уравнивает, потому что слугами нужно управлять, а кто же с этим справится лучше тех, кто делал это и до прихода колонизаторов? Бывшие вожди и короли отбросили былые амбициозные планы всеобщего завоевания и, удовлетворившись малым, перекочевывают теперь в разряд надсмотрщиков, приглядывающих за усердием каторжного труда своих же соплеменников, получая за это «объедки с барского стола» чужеземцев. Правда, если раньше субординация обеспечивалась кулаками и палками, с которыми еще можно было поспорить, то теперь местные феодалы вооружены оружием чужеземцев, спорить с которыми бесполезно.

8

Наступила эпоха отчаянья и безысходности. Страна завоевана и нещадно эксплуатируется колониальной державой, а для ее коренных обитателей всё осталось в прошлом. Исчезли племена, исчезла культура...

Но не всё, однако, безнадежно. Исподволь, потихоньку самой природой и закономерностью вещей закладывается ее новое будущее. Некоторым хозяевам нравятся местные девушки, у которых потом рождаются смешанные дети. Другим приглянулся способный мальчик, и ему из баловства ли, из доброты ли решили дать свое, европейское образование, совместив, таким образом две разные культуры. Белые общаются с туземцами и потихоньку перенимают у них слова и привычки. Оказалось, что и у местных традиций есть что позаимствовать благородным европейцам: танец, полезное (или наоборот, вредное) растение, художественное ремесло, сувениры...

А в узком кругу, тайком от надсмотрщиков, закабаленные жители вынашивают и сохраняют свою собственную культуру и строят планы по свержению власти метрополии. И хотя периодические восстания неизменно подавляются, время это постепенно подходит...

9

Со временем колония изживает себя. Сырьё, бывшее раньше ценным, исчерпано или потеряло свою ценность. Первоначальная выработка ресурсов становится экономически невыгодной, эксплуатация рабского труда — неэффективной.

Конечно, от старого уклада избавится трудно, и разжившиеся когда–то здесь, на новой земле, колониальные кланы ни за что не хотят от него отказываться. Из последних сил они защищают свой режим, но это уже безнадежно. В старой экономической системе зарождается новая. Повсюду снуют компрадоры, которым нужны не рабы, а продавцы и покупатели. Нет–нет, да и прикинут планы по освоению местного рынка промышленные магнаты, которым нужны не невольники, а квалифицированные и довольные жизнью рабочие.

В конце концов, система лопается и начинается борьба за независимость. Впрочем независимость уже не ту и не тех... На стороне национального движения стоят и многие пришельцы, прижившиеся на новой земле и давно уже перемешавшиеся с местными. Освободительная борьба обычно бывает ожесточенной, но короткой. Поверженные колониальные власти спешно бегут в метрополию, которая еще пытается некоторое время огрызаться, но затем признаёт независимость бывшей колонии и оставляет ее в покое.

Новорожденное государство переживает короткую эйфорию победы и признания, новые люди из былой черни приходят теперь во власть и вскоре всё встает на свои места...

10

...Всё-таки, что ни говори, а отсталая страна остается отсталой, независимо от того, гнетет ее иноземное иго или она свободна как вольная птица. Жизнь продолжается своим чередом, а быстро ничего не меняется...

И новое свободное и страшно гордое государство очень скоро снова оказывается контролируемым. Только на сей раз тихо и незаметно. Без пушек и кровопролитий... Просто, в новообразовавшейся стране острый недостаток всего: городов, заводов, дорог, машин, работников, здоровья, пищи, знаний, мозгов... А тут наезжают иностранные дельцы, которые и предлагают всё это в лучшем виде. Только платите... Или работайте... А что может дать страна, только что выбравшаяся из грязных трущоб?

И она снова становится сырьевым придатком, из которого день за днем вывозятся теперь уже слегка облагороженные подученными и накормленными рабочими природные ресурсы в обмен на банальные элементы цивилизации. От которых никто, конечно, просто так не откажется.

Культура обрела формальную независимость, но это уже не та культура... Ритуальные танцы исполняются теперь только для туристов, вожди ходят в пиджаках и ездят в блестящих лимузинах, армия вооружена завозным оружием, какое когда–то наводило ужас на туземцев, образованные жители с детства говорят на иностранном языке как на своем, в школе учат европейской вере и культуре, а от местной остались лишь путаные и смутные воспоминания, которые эксплуатируются теперь как часть местной самобытности для приезжих любителей экзотики... Что за народ обрел эту самую долгожданную независимость? Тот, что увидел на горизонте белую точку, просто еще одна европейская страна, слегка «попорченная» местной спецификой или нечто совсем новое?

И только одно сохранилось с древних времен в нисколько ни пострадавшем виде: ненасытная жажда власти, пышно расцветшая теперь в новоиспеченных вождях, сменивших недавнее тряпьё прямиком на шикарные завозные костюмы. Новоиспеченные властелины начинают делить отвоеванную ранее совместными усилиями свободную страну как кусок пирога, применяя в войнах новейшую европейскую технику, купленную на вывезенное сырьё, на манер былых каннибальских сражений. Мир содрогается, наблюдая как очередной благовоспитанный в престижном университете президент подкармливается соотечественниками, сохраняя их части впрок в холодильнике. Ужасается, подсчитывая количество жертв очередного штурма лесной деревеньки, вырезанных штурмовиками подчистую. Морщится, читая сводки эпидемиологических отчетов, ассоциирующихся в просвещенном человечестве с грязью и дремучим бескультурьем...

И подспудно возникает мысль: «А не правы ли были колонизаторы, оправдывавшиеся когда–то тем, что несут диким народам порядок и просвещение?»

А где–то в глуши догорают в резервациях остатки тех, кто когда–то предпочел гордое изгнание порабощению. С обретением страной независимости они не вернулись на свою родину и не нужны современному свободному народу — их время ушло.

11

Когда правнуки вождей и бандитов, награбивших им баснословное наследство, становятся благородными меценатами, когда дикие деревни преобразуются в культурные и производительные фермы, когда грязные рабочие, пришедшие на заработки в город, одевают чистые халаты и встают у автоматизированных линий, когда «золотой телец» придя ко власти, утоляет первичную жажду, становясь благоразумным и сытым, приходит на землю новая эпоха... Та самая долгожданная пора изобилия, прогресса и благополучия...

Бывшая когда–то колонией и варварской республикой первобытная земля имеет шанс со временем, пройдя через многие трудности, стать мировой державой, снабжающей мир научными открытиями, передовыми товарами и денежными субсидиями.

Что за народ стал этой процветающей державой? Нет в нём ничего от древних туземцев. Мало что осталось и от колонизаторов. Сильно изменились и граждане бывшей свободной нищенки. Это новая нация, новая культура, непохожая ни на древних обитателей этой земли, ни на каких–либо иностранцев.

Теперь она сама покоряет новые земли и основывает колонии...

12

Пришло время внести ясность насчет того, какое же отношение этот своего рода «метаисторический» обзор имеет к проблемам контактов человечества с внеземными цивилизациями.

А отношение он имеет самое прямое... Именно по такому сценарию преимущественно развивались в прошлом контакты и их последствия между различными локальными культурами Земли и превосходившей их по развитию европейской цивилизацией. Конечно, были и разные отклонения, но общая тенденция всегда сохранялась. Разные страны находятся в настоящее время на разных этапах этой последовательности по той причине, что везде она началась в разное время и развивалась с неодинаковой скоростью.

США и Канада — классические примеры — находятся в настоящее время на последней стадии. На ней же находятся — несколько отклонившиеся от общей схемы — Австралия и Новая Зеландия. Латинская Америка и страны «Юго–Восточного экономического чуда» также приближаются к ней.

Африка и Индия — примеры предпоследней стадии.

Тот факт, что в человеческой истории эти сценарии выдерживались с удивительным постоянством, наводит на мысль, что мы имеем дело с некоторой общей закономерностью развития событий, свойственной соприкосновению двух ранее изолированных культурных систем, из которых одна однозначно доминирует над другой.

Неисчислимые полчища футурологов, уфологов и фантастов уже строили спекуляции о том, как могут развиваться события после контакта человечества с некой внеземной цивилизацией, которая, очевидно, для нашего времени и как минимум ближайшего столетия будет превосходить его в развитии по меньшей мере настолько же, насколько европейские колонизаторы превосходили в свое время туземное население других регионов Земли. Не секрет, что нередко эти гипотезы строились либо на беспочвенных домыслах, либо на откровенном выдавании желаемого за действительное, либо наоборот, на чрезмерно паническом сгущении черных красок.

Выше была предложена некая попытка подвести под эти рассуждения реальную или, по крайней мере, уже наблюдавшуюся нами почву вместо того, что мы не наблюдали пока вообще. Очевидно, за неимением лучшего это нечто, уже замеченное как распространенная закономерность, будет предпочтительнее, чем предпосылки, взятые из ниоткуда.

А теперь предоставим читателю самому переложить вышеизложенную историю на новый «межпланетный лад» и перейдем к ее следующему полезному следствию.

13

Если вы, дорогой сир, считаете себя уфологом и тоните в море противоречивых сообщений, также как и «сообщений», и документов, равно как и «документов», с каждой новой порцией всё больше ощущая потребность в каком–нибудь инструменте для различения характера поступающей информации, то его можно вывести из продемонстрированной выше закономерности.

В своей жизни мы постоянно оперируем таким понятием как «правдоподобность», не задумываясь особенно над тем, что это есть степень соответствия полученной нами информации тем теоретическим представлениям о предмете, которых мы придерживаемся. К сожалению, этот естественный и привычный критерий оценки информации в ксенологии (науке о внеземных формах жизни и культуры, которую сплошь и рядом безответственно смешивают с уфологией — разделом аномалистики, посвященном НЛО) популярностью не пользуется... Этому можно найти простое объяснение: науке неизвестны случаи контактов с или между внеземными цивилизациями, достаточно развернутые во времени и достаточно подробно документированные, чтобы было с чем сравнивать. Однако, не всё так безнадежно, как кажется на первый взгляд: выше подобный эталон для сравнения был приведен и пусть он служит нам таковым до тех пор, пока не появится что–то лучшее.

14

Изучение наиболее серьезных и подробных источников о наблюдениях и контактах с ОАП за последние 50–100 лет всё больше наводят на мысль, что предложенная выше аналогия далеко не умозрительна, и закономерность событий, хорошо известная нам по земной истории, похоже, исправно продолжается и в космических масштабах...

По всей видимости, Земля, как объект взаимоотношений с внеземной культурой находится сейчас на стадии 2 или 3. Корабли первых магелланов и куков галактики нас уже посетили, лучшим свидетельством чего, по–видимому, является известный розуэллский случай... А кто приходил вслед за ними мы уже знаем...

Как это ни обидно для человеческого самолюбия, но скорее всего, Солнечная система, как всякий заброшенный и малоизученный регион, стала прибежищем космической шпаны, блуждающей по межзвездным просторам в поисках легкой добычи. Землянам следует расстаться с привычным по фантастическим произведениям стереотипом, ожидающим, что планету вот–вот посетит официальная межзвездная дипломатическая миссия с предложением заключить торговый договор или нагрянет грандиозная колонна регулярных войск империи, уничтожающая всё живое на своем пути. Пока что человечество посетили и, видимо, будут посещать еще достаточно долго отнюдь не официальные представители внеземных цивилизаций, а кучки банальных самозванцев, ошивающиеся на окраинах... В самом деле, любая официальная и серьезно оснащенная экспедиция в новые места с какими угодно целями — это всегда большие затраты для государства, которые с высокой вероятностью могут окупиться ничем... А государство, по–видимому, всегда страдает недостатком средств и избытком внутренних проблем, независимо от того, в каких масштабах оно существует — города ли, планеты или галактики. Так что освоение неизвестных далей, как правило, остается уделом авантюристов–одиночек, экипированных далеко не всегда лучшим образом, но тем не менее неплохо с этим справляющихся и всегда опережающих официальные инстанции в расширении изученного пространства.

В свете такого понимания происходящего многое из уфологической информации становится более ясным... Лучше объяснимыми становятся и многие моменты, повсеместно обсасываемые уфологами как верные признаки «загадочности», «непостижимости», «иррациональности» «феномена НЛО», каковым они спешат объявить первичные ксеноконтакты человечества в силу того, что те не всегда вписываются в их собственные умозрительные модели, как уже говорилось, чаще всего взятые с потолка.

15

Ниже приводится таблица некоторых ключевых моментов того, что известно за XX в. в связи с наблюдениями НЛО/ОАП, могущих служить параллелями с тем, что мы знаем из истории освоения европейской культурой новых географических регионов. Хотя автором и были предприняты специальные меры по отбору лучших примеров, ввиду чрезвычайной зыбкости понятия достоверности в обеих рассматриваемых областях все их следует воспринимать только как иллюстрации, не претендующие на безусловную достоверность, точность описания, а также намеренно сокращенные в целях компактности, призванные лишь продемонстрировать возможный характер аналогии с точностью, не превышающей достаточной для данной цели.

Увечья и похищения алиенами людей, скота, диких животных (абдукции и мутилации).

Одним из стимулов, двигавших человечество на освоение новых территорий была добыча ресурсов, охота на ценные элементы фауны или рабов, в качестве которых выступало менее развитое местное население.

Странные «полуастральные» контакты якобы с внеземным разумом, сопровождаемые пересказами изрядных порций неподдающегося логическому осмыслению бреда, завладевающего, тем не менее, сознанием контактеров.

Миссионерство, проповедование чужеродной для туземного населения веры и культуры, часто шло впереди основной волны колонизации, подготавливая для нее почву. Нередко для достижения своей цели миссионеры пользовались хитрыми пропагандистскими трюками и уступками под менталитет и культурные особенности туземцев, чтобы завоевать их доверие. Без единого выстрела они создавали из местных жителей своеобразные колонии и государства. Хотя миссионерство, как правило, финансировалось метрополиями из вполне прагматических соображений, оно имело много форм и не всегда преследовало захватнические цели. Тем не менее, независимо от истинных устремлений миссионеров, они скоро вытеснялись обычной гражданской колонизацией.

Аварии ОАП, наблюдения процесса их «ремонта».

Корабли мореплавателей прошлого часто терпели бедствия, будучи застигнутыми стихией, неприспособленными для дальнего плавания или даже некачественными и плохо оснащенными. Часто путешественники имели скудное снаряжение и добирались до новых стран из последних сил.

«Сражения» между ОАП.

Далеко не всегда колонизация новых земель шла планомерно и сопровождалась согласием среди колонизаторов. Как правило, если страна содержала в себе какой–либо ценный ресурс, на нее претендовало сразу несколько метрополий, компаний или частных лиц. Это приводило к конкуренции между первопроходцами и колонизаторами из разных группировок, попеременно захватывавших первенство, в процессе которой в ход шли любые средства и часто доходило до вооруженных столкновений.

Аномальные зоны, круги на полях (кропцирклы).

Проходя через пустынные территории, где не приходилось рассчитывать на местные источники пищи, путешественники создавали временные базы и стоянки для того чтобы вернуться к ним впоследствии или для других экспедиций. Далеко не всегда эти базы оказывались затем востребованными.

Также первооткрыватели оставляли на заметных местах различные знаки, на которых увековечивали свое имя и год открытия и объявляли о юридическом закреплении данной местности. Иногда это перерастало в «войну флагов», когда претендующие стороны попеременно устанавливали на спорной территории свою символику и небольшие поселения, прогоняя предшественников.

Аномальные животные, связываемые с появлением алиенов.

Корабли морских экспедиций прошлого нередко везли с собой полезных домашних животных: коров, лошадей, овец, собак, кошек, кроликов и т.д., а также нежелательных или случайных «квартирантов» корабельных трюмов: крыс, мышей, насекомых и т.д. Первых они рассматривали как источники пищи в пути или как родоначальников новых поколений домашнего скота в основываемых колониях, вторые были неизбежным злом. Также колонисты привозили с собой и образцы растений, которые намеревались культивировать в новой стране, причем наряду с полезными заносились и сопутствующие сорняки. Перевезенные таким образом образцы чужеродной фауны убегали от своих хозяев, дичали, либо расселялись ими намеренно. Дальнейшая судьба их была различной: в одних случаях она заканчивалась скорой гибелью в непривычной среде, в других — вспышкой популяции в благоприятных условиях и подавлением туземных форм, в третьих спокойным сосуществованием в балансе с местной природой.

Скрытность алиенов, нежелание вступать в продолжительный контакт с землянами.

Путешественники часто имели причины действовать скрытно, опасаясь воинственных или агрессивно настроенных предыдущими посетителями туземцев, а также опередивших и закрепившихся поблизости конкурентов из «своих», встречаться с которыми было иногда опаснее чем с людоедами.

Тайные подземные базы алиенов и их сговор с властями крупнейших стран.

Конкурируя между собой, колонизаторы часто использовали местное население и его государственные формации в собственных интересах. Вступая в сговоры с вождями туземцев и перевербовывая их на свою сторону, они получали дополнительное практически дармовое войско, которым можно было атаковать конкурентов и охранять территорию. Отстававшие претенденты избегали открытых действий в зоне притязаний, предпочитая скрытные перемещения и сбор информации, пиратские набеги, потаенные базы и маршруты.

КЛЯ и лунные аномалии.

Колонизация новых регионов нередко начиналась с небольших, безлюдных и никому не нужных прибрежных островков. Обосновавшись на них, в удобном для сообщения, но безопасном от местных жителей месте, колонисты начинали планомерный захват территорий в глубь материка, используя этот островок в качестве тыла и перевалочной базы. Часто колонизация таких островков, с которых контролировались обширные окружающие территории, оказывалась значительно рентабельнее, чем полный захват этих территорий. Позволяя «доить» обширные регионы, точечная колонизация не требовала при этом расходов на содержание и управление ими.

Сокрытие властями информации об НЛО/ОАП. Дезинформация населения утверждениями об их полном отсутствии в природе.

Власти отстававших от европейцев, но достаточно сформировавшихся как централизованные государства, народов, иногда придерживались изоляционистской политики, запрещая и всячески препятствуя контактам своего населения с чужеземцами, насколько могли. Контакты осуществлялись лишь через небольшое число специально выделенных портов и ограниченным кругом лиц.

Равнодушное, потребительское, а иногда и агрессивное отношение алиенов к представителям земной жизни, в т.ч. и людям.

Европейские путешественники прошлого повсеместно относились к обитателям открываемых ими земель как к людям низшего сорта или вообще элементам местной природы. Часто, встречая их впервые, они прикидывали, хорошо ли «пойдут» те в качестве рабов, много ли у них можно украсть или вытянуть обманом, годятся ли они в качестве дешевой армии или рабочей силы. Они считали вполне допустимым демонстрировать на живых мишенях достоинства своего оружия, силой навязывать свои требования, принудительно забирать с собой людей в качестве «образцов». Так же эгоистично они относились и к местной природе.

Отсутствие логики и последовательности в поведении алиенов. Повторение ими одних и тех же мероприятий на протяжении длительного отрезка времени без признаков прогресса, выглядящее как «топтание на месте».

Исследование и колонизация новых территорий редко шли последовательно и планомерно. Конфликтуя друг с другом, первопроходцы практиковали засекречивание полученной информации, что вынуждало другие группировки производить исследования одной и той же местности по многу раз. Конфликты, а также переоценка собственных возможностей нередко приводили к тому, что успешное освоение новых территорий начиналось не сразу, а лишь после серии неудачных попыток.

Теперь, когда вы узнаете что–нибудь новое о наблюдениях и контактах с ОАП, примерьте это к описанной модели и вы получите представление о том, насколько узнанное вами правдоподобно. Также, теперь мы, земляне, можем предполагать, чего нам ждать в будущем с большей определенностью...

Прямо скажем, хорошего нам ждать мало. По крайней мере пока, т.е., вероятно, на ближайшие столетия... Пока в такое развитие событий не хочется верить, как, возможно, не хотелось в него верить туземцам, смотревшим на приближавшиеся к их берегам парусники... Но история оказалась непреклонна...

16

С тех пор, как добрый Бог посредством искусного сочетания органических молекул создал жизнь на Земле такой, какая она есть, с незапамятных времен человеческий род живет на своей уникальной планете богатой и разносторонней жизнью, сплетая во времени великую историю своих свершений, подвигов и достижений, побеждая свои поражения и создавая решаемые проблемы. Обеспечение хлеба насущного и отъятие милостей у природы, освоение целин и заселение житниц, разработка подземных кладовых и конструирование могучих машин, рождение детей и утрясание семейных неурядиц, служение отечеству и золотому тельцу, зубрение опыта великих предков и поклонение обожествленным шансонье, прерываются лишь войнами и дружбой с соседями, стихийными бедствиями да сменами вождей и верных направлений. Таков весь мир, ограниченный лишь человеком и страной, где он живет, да несколькими государствами пососедству, разделяющими между собой общий дом, над которыми — и несомненно для которых — изо дня в день, из года в год и из века в века совершают свой путь по небу Солнце и Луна, определяя течение всех событий... Так было всегда, есть всегда, и вероятно, будет всегда... По крайней мере, уполномоченные представители правительства и дипломированные академики, даже самые титулованные и авторитетные, не знают и никогда не слышали ни о чём другом. Дальние экспедиции на соседние планеты показали, что они суровы и безжизненны, и не встретили там ничего другого... Да и что может быть другое?.. Разве что, тот мир, в который отправляются мертвые, и в который не следует верить живым, да всемогущий Господь, который правит всеми законами природы.

Но однажды... на небе появляется загадочная точка.